Главная страница | Регистрация | Вход | Форум
Меню сайта


Архив


Опрос


Поиск


Главная » 2014 » Май » 28 » Была, была гонка!
07:34
Была, была гонка!

Многие из тех, кто читает этот текст, знает, что такое парусная гонка небольших шлюпов и парусных судов. Знают не понаслышке и про свалку на старте, и как крепкий ветер ставит «лодку» на ребро и она несется по волнам как разгоряченная лошадь…

А экипажу только и остается, что крепче цепляться во взмывший в небо наветренный борт. Знают, что зачастую бывает так, когда во время гонки там наверху в «небесной канцелярии», вдруг решают, что их рабочий день закончен и «выключают» ветер. Совсем.

Выдержать бывает трудно. А скучно бывает не всегда. В отчаянном порыве продвинуть «лодку» хоть немного к финишу, яхтсмены то и дело перебрасывают парус, держат его на руках, пытаясь уловить в него самое ничтожное дыхание даже не ветра, которого нет, а устало, плавно покачивающегося моря, тяжело вздыхающего, дышащего и ворочающегося за бортом.

Да, в такие моменты бывает по-настоящему тяжело.

А теперь представьте в такой гонке большой парусный корабль. Три мачты. Тысяча квадратов парусного вооружения. 100 мальчишек и 50 человек команды, они пришли сюда на эту гонку через половину Земного шара, за спиной десять тысяч морских миль и четыре месяца морской усталости.

Они здесь – «темная лошадка», на них никто не ставил, но они пришли сюда, чтобы выиграть эту гонку.

Здесь на «Надежде», чтобы только лишь поменять галс, днем и ночью, по три, пять, десять раз в час, заливается трель аврала и свищут, хлещут, гонят плеткой наверх шестнадцатилетних мальчишек – курсантов в три боцманских свистка:

– Пошел, пошел, все наверх! Брасопить реи! Фок, грот, бизань…. Бегом, бегом, пацаны, дружно… И раз, шаг вперед, все разом… И раз, шаг назад… Навались, парни!

Сотни шкотов, огромные неповоротливые мачты, широко раскинувшиеся над морем реи, с вздутыми ветром парусами. И всего, но зато! сто мальчишек, что бы все это ожило, вздрогнуло и со скрипом и грохотом полетело над морем, ловя так нужный нам попутный ветер. Провернули и умиротворенное с мостика:

– Ясно фок, ясно грот, ясно бизань. Спасибо за работу парни, можно отдыхать.

«Надежда» – это их корабль, это их надежда на победу. Это их шанс, этих мальчишек, и капитана, и старпома, и боцманов и всего экипажа… И, собравшего и пославшего их в этот поход за славой, родного Владивостока.

Яркая возможность заявить о себе миру. Шанс быть замеченными и отмеченными, шанс получить такое необходимое финансирование, шанс ,что  может в следующий раз, Президент РФ поднимется на борт к ним, перешедшим ради этих гонок из Тихого в Индийский океан и уже победившим в первом этапе регаты.

Они честно завоевали, добыли себе этот шанс, собрав всем миром в этот заокеанский поход свою «Надежду», но пока им его не отдали. Президент РФ поднялся на пришедший из Санкт-Петербурга «Мир». И «Мир», а не «Надежда», был объявлен самым быстрым и самым лучшим парусником регаты. Но он пока отстал от нашей «Надежды» на много миль, и только вот сегодня в последний гоночный день забелел парусами на горизонте.

«Надежда» и «Мир», «Мир» и «Надежда» – вот между ними и шла борьба на Черноморской регате.

«Крузенштерн» снялся и с первого, и со второго этапа, постоянно увлекаемый ради представительских и политических представлений. Барк «Седов» безнадежно отстал и затерялся на просторах Черного моря, не в силах взнуздать себя на столь малых для него ветрах.

Остальные парусники здесь принципиально другого класса и у них своя борьба. А в классе А серьезная борьба только у двух парусников: обласканного в Сочи вниманием президента «Мира» и юной, дальневосточной, пришедшей из-за океана побеждать, «Надеждой». Нашей «Надеждой»!

«Мир» и «Надежда» – два совершенно однотипных парусника. Один проект. Спортивные, учебные, трехмачтовые яхты, рожденные гоняться и побеждать. Реи на брасопке выкручиваются под 45 градусов, прямые паруса фактически выплащиваются и работают на бейдевиндах и галфиндах так же как и косые. Крен на таких ветрах достигает 35 градусов, так что верхние иллюминаторы кают ложатся на воду.

По длиннющим коридорам, развешанные на внутренних леерах-поручнях тельняшки и полотенца, повисают строго под 40 градусов к стенам, а люди двигаются с тем же непостижимым акробатическим наклоном.

Ветер, аврал, все наверх… И корабль с грохотом от незакрепленной мебели и предметов в каютах, ложится на борт и летит к своей  победе. 12 узлов, 13 , 15… Мы – первые! Мы обязательно должны быть первыми! Слишком много было отдано сил всего экипажа, чтобы быть здесь и чтобы побеждать здесь.

Карта перед тумбочкой дежурного. На ней два раза в день передвигаются флажки с именами участников регаты. Перед ними всегда толчея из курсантов:

– Ну, как? Ну что? Кто первый, кто второй? Где «Мир», где «Седов»?

…Последний день гонки. С ночи идем при хорошем галфинде, снимаем 12 узлов скорости, идем первыми. Но наш основной конкурент нас догоняет, его уже хорошо видно вдали. Правда, реальных шансов у него перед нами нет, но опасно, тонко, борьба становится все драматичнее.

Летим к финишу. Устали, устали  все. Парни дежурной мачты уже даже не спускаются после очередного аврала вниз, а валятся с ног, где придется, на палубе, в надстройках, на лестнице... Спускаться бессмысленно, аврал следует за авралом, снасти постоянно поправляют и подправляют, стремясь снять максимальный ветер, выжать все, что можно с наших парусов.

С мостика тоже никто не уходит. Собрались все. Капитан, почерневший за эти несколько дней, старпом, все помощники, штурмана, рулевые. Боцмана осипли от крика и мата…Обтесанные, заостренные, обветренные, запеченные океанским солнцем скулы, отрывистые, резкие команды, свистки… Они сами вновь и вновь правят и выправляют шкоты.

Нервы у всех на пределе. До финиша остается не больше 15 миль, когда солнце, свершив свой дневной солнцеворот, начинает плавно погружаться в море, и тут, очевидно, кто-то самый главный, там наверху, ответственный за ветер, устало потянулся, взглянул на часы, понял, что его рабочий день на сегодня окончен, и решительно щелкнул рубильником.

Все. Приехали. Ветер кончился. Кончился, совершенно и бесповоротно. И только слегка дышало зеленоватым теплом море, освещаемое последними рыжими, закатными солнечными лучами.

«Слети к нам тихий вечер»... Вечер слетел, и было тихо-тихо, торжественно, закатно, прекрасно и трагически безнадежно.

«Оптимистическая  трагедия», – сказал Василевский. Правильно сказал. Вся команда вышла на палубу, не осталось кажется ни одного человека, кто бы в этот момент остался внизу, в каюте, кубрике, машине, прачечной, камбузе. Все были здесь, стояли  и смотрели на отяжелевшие, лениво похлопывающие паруса.

Аврал, аврал, аврал. Брасопить снова  и снова. Растравливать паруса, настраивать кливера.

– Фок, грот, бизань… Быстрее, парни, быстрее, бегом, резче, осталось всего 6 миль!

Свистки и топот бегущих десятков ног. К мостику страшно приближаться. Там уже искрит от напряжения. За борт летят непрерывно, нервно прикуриваемые папиросы. Уже сам старпом вручную вместе с боцманом выправляет, вытягивает шкоты на кливерах бизани.

Старый мореход, открывающий будущим капитанам тайны навигации и астрономии, тоже не выдержал, тяжело прихрамывая, поднялся на мостик из глубины своей квиндековой каюты.

Три человека склонилось над картой, еще трое столпились у приборов. Переодически кто-то нервно смотрит в пеленгатор на светящийся в ночи, неумолимо приближающийся «Мир».

Мальчишки собираются группами на палубе. Одни тихонько свистят, насвистывая ветер в свои паруса, другие собираются бегать вдоль судна, чтобы хоть как-то разогнать его. Ангела, ангела, пошли нам, Господи, в паруса!

Вдруг на палубу хлынула вода. Это на мостике, в отчаянии, решили облегчаться и сбрасывать балласт, чтобы хоть как-то двинуться с места вперед.

Медленно, медленно, чуть вздыхая всеми парусами, «Надежда» пошла… 3 мили, 2 мили, 1 миля до финиша.

Теперь все уже просто ждут. Они все сделали, сделали все, что смогли. И в первом часу ночи мы, наконец, пересекли невидимую финишную прямую.

Низкий корабельный гудок прорезал сырую темень ночи и возвестил финиш. Пришли мы первыми. Отдаст ли нам победу гоночный комитет? Это будет известно только через пару дней, но они уже здесь все победители, победители в любом случае!

А пока… Пока мальчишки ликуют, свистят и фотографируются друг с другом на память. А на мостике высвистывают им последний  на сегодня аврал.

– Пошел, пошел, все наверх, мальчики, убирать и укатывать паруса.

И в темноте ночи, при слабом свете надстроек и марсовых площадок, бегут по вантам вверх на марсы, брамсы и бомбрамсы мальчишки и рассыпаются по реям. Снизу их почти не видно и только стремительно оголяющиеся мачты и реи свидетельствуют о том, что там, на высоте, на 20, 30, 40 и 50 метрах кипит работа. Парни раскачиваются на леерах и дружно укатывают, уминают жесткие паруса.

Наконец, в третьем часу ночи, паруса убраны и укатаны, последний марсовый спускается на палубу.

– Спасибо фок, спасибо грот, спасибо бизань.

На этот раз это не простые слова с мостика, капитан спускается на главную палубу и идет к курсантам, жмет руки,

– Спасибо, спасибо за работу, ребята, спасибо, что выдержали, выстояли и не подвели!

Раздаются последние свистки, и по кубрикам по трансляции разносится благая весть:

– Курсантам и экипажу отдыхать, подъем переносится на 11 утра.

Спите парни. Спите, дорогие мои, мальчишки.

Юлия Маслова, г.Москва
Фото - М. Кузнецова, обозреватель ЦИО МГУ им. адм. Г.И. Невельского с борта ПУС «Надежда»

28 мая 2014 года

http://msun.ru


...


...
Просмотров: 863 | Добавил: Admin | Рейтинг: 3.8/9
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Море, море...


Популярное


Статистика


Онлайн всего: 3
Гостей: 2
Пользователей: 1
MatthewOl